Поручик Ржевский

Посвящается 200-летию победы над Наполеоном


                              "Напрасно думаете вы,
                              Чтобы гусар, питомец славы,
                              Любил лишь только бой кровавый
                              И был отступником любви”

                                     Денис Давыдов. Гусар
Глава 1
ЗНАМЕНИЕ
В эту морозную ночь под одеялом у баронессы фон Кляйн было жарче, чем под Аустерлицем в 1805 году.
- Сабли наголо! Заряжай! Пли! - оглашали спальню бравые гусарские выкрики. - Пленных не брать!
В подобных обстоятельствах столь грозные команды мог отдавать только поручик Ржевский. И хотя сейчас он оголял вовсе не сабли, заряжал не пушки и палил не картечью, - в спальне баронессы бушевало настоящее сражение.
Багровый балдахин трепетал над ложем, как полковое знамя. Дубовая кровать скрипела, как мортира, и в постукивании ее выгнутых ножек чудилось цоканье конских копыт. По стенам в отблеске свечей скакали, дрожали, извивались неистовые тени. Сабельным звоном гремела посуда в шкафу. И даже сама баронесса стонала и повизгивала, как задетая шальной пулей маркитантка.
Грохот, скрипы, звоны, стуки, стоны, крики нарастали, приближая грандиозное сражение к неизбежному финалу.
- Уррраааа!! - прорычал поручик Ржевский, вгрызаясь в подушку, и, перекатившись на спину, вытянулся на постели.
- Сдаюсь на милость победителя... - промурлыкала баронесса и свернулась кошечкой у него под боком.
В мерцающем свете догоравших свечей повисла тишина, нарушаемая лишь неровным дыханием любовников.
За шторой робко застрекотал сверчок.
- Спокойной ночи, поручик, - прошептала баронесса.
- Никак-с нет, отставить! - откликнулся Ржевский, геройски притягивая ее к себе. - Маневры продолжаются.
- Дайте хотя бы отдышаться...

- Еще один кавалерийский наскок - и привал.
- Уймитесь, поручик...
- Сам черт меня не остановит, когда я на марше!
- На какой еще Маше?!
- На марше, баронесса. Помню, как сейчас, под Аустерлицем... эскадрон летит лавиной, клинки сверкают, пыль столбом!
- Ой, не затопчите!
- Никакой пощады! Ни этим губкам, ни этим щечкам, ни этой шейке...
- Посмотрите лучше вон туда. Разве не чудо?
- Еще какое! Я от этого чуда вскипаю в момент! 
- Да о чем вы?! Взгляните на небо!
Ржевский нехотя бросил взгляд в окно.
На черном небосклоне, среди россыпи звезд, сияла комета с длинным, обращенным вверх хвостом. Это была Великая Комета, прозванная в народе "кометой Бонапарта".
- Эка невидаль! Только глаза мозолит.
- Что вы, про нее сейчас столько разговоров.
Они немного помолчали, глядя в небеса.
- О чем вы думаете, поручик?
- О бане.
- О какой еще Ане?!
- Да не об Ане, а о бане. 
- Как же, говорите, не об Ане, когда об Ане думаете?
- Баня, баня у меня на уме. Комета ваша - что березовый веник. Вот бы сейчас попариться.
Баронесса ласково пригладила ему усы. 
- Вам бы всё шутки шутить. А говорят, комета беду сулит.
- Три тысячи чертей! Не иначе мне скоро жениться суждено.
- Жениться? Вам это не грозит. 
- Почему? - удивился Ржевский.
- Вы даже из-под венца ускачете!
- И то верно. Для гусара венец - свободе конец.
Баронесса фон Кляйн опять посмотрела в окно. Комета зловеще притягивала взгляд, словно прореха на вдовьем платье.
- Как бы война с Буонопарте не приключилась...
- А по мне, давно пора галльскому петуху бока намять! - сказал Ржевский, задергивая штору. - Плюньте на этот веник, баронесса. Не улетит! Не то, что я. Завтра чуть свет - труба зовет. Надевай штаны и по коням!
- Простите, поручик, - рассмеялась баронесса. - Я лишь хотела астрономией отвлечь вас от нескромных мыслей.
- Напрасный труд! - воскликнул Ржевский и кометой взвился над постелью. - Сабли наголо! Заряжай! Пли!
Сверчок за шторой испуганно затих.
В уездном городе N кружила метель.
До войны с Наполеоном оставалось всего несколько месяцев...

глава 2